Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Борис Джонсон рассказал "Вестям в субботу", зачем прилетел в Москву

23 декабря 2017
1 170

Борис Джонсон рассказал

В Москву из Лондона прилетел глава британской дипломатии Борис Джонсон. У себя в Facebook официальный представитель российского МИД Мария Захарова фотографии его визита сопроводила словом "свершилось".

Во-первых, этот визит стал первым таким за пять с половиной лет — до этого он все откладывался и откладывался. Во-вторых, в Москве Борис Джонсон всячески подчеркивал, что у Лондона и Москвы масса расхождений, но Британия хочет сотрудничать с Россией по глобальным проблемам. А где у нас обсуждаются глобальные проблемы? В ООН. А там, на Генассамблее, недавно вновь говорили об антироссийской резолюции по Крыму: про "аннексию" и "оккупацию". И что же?

Первая подобная резолюция рассматривалась в 2014-м. Тогда за нее, антироссийскую, выступили, без малого, сто стран. Западу это дало повод утверждать, что Москва оказалась в международной изоляции. На самом деле и тогда это было натяжкой. Потому что против резолюции было совсем немного – 11, еще 58 воздержались, а еще 24 не приняли участие в голосовании, то есть не поддались давлению.

Сейчас, в 2017-м, ситуация — еще лучше для России. "За" признание Крыма "оккупированным" было куда меньше половины стран-членов ООН — всего 70. "Против" — в два раза больше, чем было в прошлый раз — 26. Воздержались — 76, не приняли участие в голосовании 21.

При этом в число воздержавшихся из былых противников России перешли Бахрейн, Иордания, Кувейт, Тунис и Саудовская Аравия. Им ли не знать о том, насколько соблюдаются права мусульман? А резолюция была как раз про это, про права человека, то есть про права крымских татар.

Еще важная деталь — среди этих 70 государств, которые поддержали антироссийскую резолюцию и на этот раз, были все государства-члены Евросоюза. В этом смысле их блоковая дисциплина сработала. Но в число соавторов документа решили не входить Венгрия, Греция, Италия, Кипр и Румыния. А среди тех, кто был соавтором, членом ЕС скоро перестанет быть то самое Соединенное Королевство Великобритании и Ирландии.

Вот в таких новых условиях и на Западе, и во всем мире в Москву и приехал глава британского МИ Борис Джонсон. Дома его стращали. Мол, не надо в России есть и пить то, что предложат русские, не надо брать мобильный телефон — "хакнут" — и тому подобное.

На практике переговоры с коллегой Лавровым оказалось такими, каким и должно быть цивилизованное общение высших дипломатов государств-постоянных членов Совбеза ООН, стран, которые несут особую ответственность за судьбы мира, которые невозможно изолировать, которые должны работать вместе. Пообщались с Борисом Джонсоном и "Вести в субботу".

- Господин министр, добро пожаловать в Москву.

- Спасибо большое.

- Мы фактически находимся на британской территории, в посольстве. Я смотрю, к концу дня вы все еще улыбаетесь. Вы довольны?

- Это был очень, очень интересный и полезный день, очень продуктивный. Конечно, как я уже говорил на пресс-конференции с Сергеем Лавровым, в наших отношениях есть сложности, реальные проблемы, которые мы не можем игнорировать. Список и суть этих спорных моментов и претензий в отношениях с Россией известны: это и происходящее на Украине, на западе Балканского полуострова, в киберпространстве, тема вмешательства в выборы в других странах.

- Ну, это согласно британской прессе.

- Я прекрасно понимаю вашу оговорку, но это то, как видим мы. И я должен отстаивать нашу позицию громко и четко, потому что мы не можем, к сожалению, взять и продолжать работать, как ни в чем не бывало. Но вот что мы можем сделать, так это вместе взяться за самые серьезные проблемы, которые могут вместе решить две страны, являющиеся постоянными членами Совбеза ООН. Вот почему я в Москве. Это — основная составляющая часть нашего диалога с Сергеем Лавровым. И, на мой взгляд, некоторые пункты вполне разрешимы.

- Давайте по пунктам. В повестке визита существует пара вопросов, в решении которых позиция Лондона удивительным образом ближе к Москве, чем к Вашингтону. Например, иранская ядерная сделка. Что мы могли бы сделать вместе?

- Рассмотрим эту очень интересную проблему. Президент Трамп пока не вышел из иранской ядерной сделки.

- Да, она все еще существует, а Иран не сотрешь с карты.

- Вы правы. Сделка жива, но она требует поддержки и работы. И она требует того, чтобы пятерка стран-членов Совбеза, которые ответственны за нее, работала вместе. Потому что весь ближневосточный регион вокруг Персидского залива переживает сейчас непростой период. Напряжение очень высоко. Роль Ирана может оказаться крайне провокационной и разрушительной. Нам нужно достичь баланса и работать сообща с нашими партнерами над достижением прогресса в том, чтобы остановить ухудшение ситуации. Для меня совершенно очевидно, что такая работа требуется для решения ситуации вокруг Северной Кореи. Очень скоро Пхеньян будет обладать межконтинентальной баллистической ракетой с ядерным зарядом, которая может ударить по Москве или Лондону.

- С технической точки зрения — возможно, но с политической...

- Будьте осторожны, вы ведь не знаете наверняка.

- По крайней мере, у России и Британии есть посольства в Северной Корее, чего не скажешь о США.

- Интересное замечание, тем не менее по всему миру существуют цели, которые уже через год могу оказаться в прицеле северокорейской межконтинентальной ракеты. Хотим ли мы, чтобы такая же возможность появилась у Ирана? Нет, не хотим. Мы хотим, чтобы народ и руководство Ирана разумно выбрали другое будущее, подразумевающее экономический рост.  Вот над чем Соединенное Королевство и Россия могли бы поработать вместе, чтобы Иранская ядерная сделка обрела смысл. Возвращаясь к Северной Корее, я не думаю, что обе наши страны хотят, чтобы этот парень овладел ядерным арсеналом. Неужели россияне хотят, чтобы Ким Чен Ын, этот "человек-ракета", получил ядерное оружие? Я так не думаю. Точнее, межконтинентальную ракету с ядерным зарядом, ведь ядерное оружие у них уже есть.

- У нас во Владивостоке были уличные манифестации против того, чтобы у КНДР появилось ядерное оружие.

- А еще Сирия. Думаю, что настало время быть откровенными и реалистичными друг с другом. Мы не встречались и не обсуждали это с глазу на глаз. Мы не соглашались друг с другом насчет Башара Асада. У России — свой взгляд на его положение. Я не думаю, что это безусловная поддержка, но все-таки Россия сохранила его у власти. Хорошо, это довольно справедливо, пусть будет так, это ваш выбор.

- А ведь совсем недавно вы говорили, что он должен уйти.

- Я думаю, что с его отставкой было бы лучше.

- Но он все там же.

- Он там же. И вот в чем вопрос: как нам добиться улучшения жизни сирийского народа? Много людей из 400 тысяч погибших за годы войны в Сирии умерли от рук Башара Асада. Как нам выйти на мирный процесс на переговорах в Женеве в соответствии с резолюцией №2254, который бы устраивал всех граждан Сирии? Вот в этом проблема. Некоторые люди говорили мне: "Не надо ездить в Россию, отношения слишком плохие, нет смысла". Я считаю, что это неправильно. Не важно, как сложны дела, — нужно вести диалог и сотрудничать. И еще, извините меня за долгий ответ, независимо от трудностей мы можем добиваться успехов вместе как по международным вопросам, так и в двусторонних отношениях.

- Спустя 400 лет после Елизаветы I и Ивана Грозного.

- 450 лет.

- Иерусалим. Позиции наших стран и здесь оказались близки на недавнем голосовании в Совбезе ООН. Интересно, что Россия признает Восточный Иерусалим столицей будущего государства Палестина, а Западный Иерусалим — столицей Израиля. Какая позиция у Великобритании на этот счет?

- Позиция России — в том, что пока такого реального независимого государства, как Палестина, нет.

- Но однажды, когда оно реально будет...

- В теории Восточный Иерусалим станет столицей Палестины. Позиция Соединенного Королевства очень проста: мы считаем, что статус Иерусалима должен быть определен, исходя из концепции о двух государствах и в результате переговоров между израильтянами и палестинцами. Я считаю преждевременным принимать решение о переносе нашего посольства.

- Поэтому у вас есть оговорки относительно позиции Трампа?

- Да, и мы этого не скрываем. Но здесь открывается и окно возможностей: как раз сейчас — тот самый момент, когда американцы могут начать движение вперед и сделать новые предложения. Посмотрим, какими они будут. Признавая Иерусалим столицей Израиля, заявляя о переносе посольства, коли американцы сделали это, необходимо сделать шаг навстречу мирному процессу, потому что сейчас он заморожен.

- Визовый вопрос. Некоторые британские дипломаты в Москве ждут обновления своих документов, чтобы съездить к своим родным в Британию на Рождество. Но это взаимно. Началось около двух с половиной лет назад с того, что с визовыми квотами столкнулись российские дипломаты в Лондоне. Министр Лавров на пресс-конференции кратко говорил об этом. Есть ли решение?

- Он говорил об этом не только на пресс-конференции, но и на нашей двусторонней встрече. Я сказал Сергею Лаврову, что настроен на решение этой проблемы. Мы хотим быть разумными, продолжать добротный дипломатический обмен. Обозначенный вами вопрос — жизненно важный в нашей двусторонней повестке, и наши эксперты работают над тем, чтобы закрыть его.

- Когда вы агитировали за Brexit, ожидали, что победите?

- Да. Когда я выезжал за пределы Лондона, то был абсолютно уверен, что все пойдет по-нашему. Но иногда, когда возвращался, уверенности немного убавлялось. И в действительности так и произошло. Результаты были удивительными. Когда они были обнародованы, что стало интересным? Британский народ хотел, чтобы мы стояли на своем и просто сделали это.  И сделали это в позитивном ключе, и гарантировали наилучшие условия сделки, будущего партнерства с остальной Европой. И мне бы очень хотелось, чтобы в России осознали: мы не покидаем Европу, Великобритания не отшвартовывается и не уплывает в центр Атлантики. Мы остаемся приверженцами обеспечения безопасности Европые, мы по-прежнему — вторые по размеру платежей в НАТО, обеспечиваем 25% помощи Евросоюза, 20% расходов ЕС на оборону.

- НАТО. А вы сказали ЕС. Расходы НАТО?

- Мы — вторые по величине платежей в НАТО. Наши военные присутствуют в Польше, в Эстонии. Мы считаем это важным, потому что заботимся о стабильности и безопасности наших европейских друзей.

- Ваши войска стоят в Польше и Эстонии, но, как я понимаю, ваш визит в Россию — это часть работы по восстановлению позиций Британии в мире после того, как вы покинули Евросоюз и вновь стали "глобальной Британией", которую сложно представить без соответствующих отношений с Москвой?

- Я не буду отрицать, что существуют области, в которых мы бы хотели бы иметь отношения с Россией получше тех, что есть сейчас. Это в том числе и международная политика, и двусторонние отношения. Но мы не можем непринужденно работать, не обращая внимания на существующие проблемы. Но что мы можем, так это вместе сделать больше в тех областях, которые непосредственно касаются наших с вами народов. Чего хотят наши люди? Россияне — свободно ездить в Британию как туристы, а британцы — в Россию, хотят фантастически провести время на Чемпионате мира по футболу в следующем году, я уверен. Бьюсь о заклад, что это будет успешным. Поэтому наши полицейские сотрудничают, чтобы обеспечить их безопасность. Одна из наших общих задач — вместе справиться с такой напастью, как исламский терроризм. Контакты между нашими спецслужбами сейчас заморожены, но это не означает полное отсутствие координации.

- Не следует ли их открыть?

- В настоящий момент мы не можем этого сделать, но определенные контакты есть. Вы же видели. На пресс-конференции я показывал.

- Да, я видел блокнот с аббревиатурой "ФСБ".

- Да. Контакты продолжаются. Черчилль и Сталин не очень-то ладили между собой. Любви там не было. Черчилль и вовсе хотел бы задушить Советский Союз при рождении. А в конце Второй мировой войны он вообще задумывал операцию "Немыслимое". Но когда в середине войны оба государства столкнулись с общей бедой, они нашли возможность действовать вместе. Донести это и было моей задачей в Москве. Порой это было сложно, но было и крайне интересно. Это стоило того.

- Господин министр, большое спасибо. Кстати, у вас многократная виза в Россию?

- Я не знаю, какой тип визы мне дали, но знаю точно, что мне вручили многочисленные фотографии Сталина и Черчилля, за что я очень благодарен.

Борис Джонсон весьма искрометен, даром что за плечами и суровая школа вестминстерских дебатов, и природные таланты, сделавшие его в свое время одним из самых заметных публицистов-памфлетистов. Но этой своей искрометностью он сейчас иной раз попросту вынужден прикрывать те противоречия, которые у стран Запада накопились в отношениях не только с Россией, но и друг с другом. Это уже далеко не былой "единый фронт", на что, в свою очередь, немедля и обратил внимание его российский визави Лавров.

"Я уже напоминал, что нас подозревали и в том, что мы вмешивались в выборы во Франции и в Германии даже. Хотя по Германии есть установленный факт: несколько лет назад было подтверждено документально, что Агентство национальной безопасности США из своей штаб-квартиры в Германии подслушивало разговоры Канцлера Меркель. Эта тема всеми воспринимается как данность, но никто по этому поводу почему-то беспокойство не выражает", — отметил глава российского МИД.

Называя вещи своими именами, еще одна особенность момента — то, как разобщены сейчас многие страны Запада не только между собой, но и внутри себя. Демократия — демократией, но!

Агентство Bloomberg опубликовало так называемый "Сценарий пессимиста на 2018 год". Один из этих сценариев — приход к власти в Британии социалистов, первопричиной чему будет коллапс того правительства, которое представляет как раз Борис Джонсон. А, как мы рассказывали, через прессу его лично атакуют популисты и слева, и справа. И что в таком случае является политикой, а что политической кампанией? Лавров и на это указал. Без обиняков. Он назвал при этом Бориса Джонсона одним из тех, кто на тему того самого "российского вмешательства", бывало, реагировал адекватно.

"Борис Джонсон недавно заявил, что у него нет доказательств того, что Россия вмешивалась в референдум по выходу Великобритании из Евросоюза", — сказал глава российского МИД.

"Мне кажется, я сказал, успешно не вмешивалась", — ответил Джонсон.

"Он боится, что теперь, если он мне не возразит, то у него на родине будет испорчена репутация среди СМИ", — отметил Сергей Лавров.

Поделиться: